на север, к границам Иссушенных земель, и наведут порядок в Трегаране, пополнив свои ряды и запасы. К ним присоединятся солдаты с востока и запада, а дальше – только вперед, на зеленые пастбища севера! Сперва они возьмут Гелошу, самый южный город Алборна, потом свернут к побережью, не оставят камня на камне от Барроша, отбирая все, словно стая саранчи. А там уж недалеко и до Сияющего берега Велии, столицы Алборна. Города короля Ренгара.
Одновременно с далекого севера двинется на юг армия Орита под командованием короля Меркариса. Ураганом она пронесется через Серый Камень и Лириан. Солдатам будет дан выбор: присоединиться к Валанису или умереть с королем Грегорном и королевой Изабеллой. На востоке, прежде чем соединиться с темнорожденными и каратцами, солдаты Меркариса разорят Палиос и Вистл. И, наконец, у стен Велии три армии сольются воедино, решив судьбу Алборна. А уж в Велии величайшее войско, что видел Иллиан, с распростертыми объятиями встретит белые паруса эльфийской армады.
Однако этот план следующие несколько дней будет висеть на волоске. Если темнорожденные не смогут пройти сквозь Врата и получить новые доспехи, каратцам придется самим биться с войсками Алборна.
– Как мы откроем Врата? – спросил Рорсарш, нервно покосившись на Ро.
– Предоставьте это нам, – ответил Накир, глядя на Алидира.
Врата Сайлы тысячу лет назад были запечатаны мощнейшей магией, и не менее мощная магия потребуется, чтобы снова их отпереть. Алидир был уверен, что силы Найюса, дарованной им Валанисом, хватит, хоть и придется довести себя до предела.
Следующий час они выслушивали доклады самых важных людей Карата. Алидир не стеснялся постоянно перебивать брата и отдавать новые приказы. Пусть побегают, заработают себе место в новом мире!
Наконец он отпустил советников, и они с Накиром остались одни, не считая стоящего в стороне Ро Досарна.
– Зачем ты здесь? – прошипел Накир.
Алидир сделал Ро знак, и тот вышел.
– Я здесь, потому что так желает наш господин.
– Мне было сказано, что темнорожденные мои. Что я поведу войско на север! – Накир подошел ближе.
– Так и будет, брат, – спокойно ответил Алидир. – Но если темнорожденные столкнутся с сопротивлением прежде, чем выйдут из пустыни, остальные королевства узнают о вторжении и поспешат Карату на помощь. Повелитель послал меня убедиться, что Карат играет по нашим правилам, и, как только мы возьмем столицу, остальные города этой забытой богами земли тоже нам подчинятся.
– Карат – это наковальня, а я же – молот! – Гордость Накира явно страдала, но Алидиру на это было наплевать. Он, как глава Длани, мог его и заменить.
– Если ты – молот, то я – рука, его держащая. Знай свое место, Накир. – Алидир буравил его взглядом золотых глаз, пока брат не сдался, отвернувшись. – А теперь, – Алидир быстро глянул, закрыты ли двери, – скажи мне, насколько опасен этот Дом сов?
Накир глубоко вздохнул, пытаясь справиться с собой.
– Их лидер на глазах становится легендой.
– Белый филин… – Алидир уже слышал о нем от аракешей.
– Он прекрасно обучен. Городские стражники сообщают, что он сражается как императорский гвардеец.
Об умениях последних Алидир был наслышан. Говорили, что даже Серые плащи им не ровня. Впрочем, для аракешей все они были все равно что дети.
– Этим стражникам можно доверять?
– Он всегда оставляет одного-двух свидетелей, чтобы рассказали всем. – Накир взглянул на городской пейзаж, словно надеясь заметить на крышах Белого филина.
– Он использует страх как оружие… – Алидир начинал уважать этого раба.
– Он поднял рабов на восстание, – продолжил Накир. – Не только в Карате, но и в Амираске и в Трегаране. Боюсь, юг меняется. В самое неподходящее время.
– Каким же образом? – спросил Алидир. Ему стало любопытно взглянуть на произошедшее глазами брата. Иссушенные земли были любимым детищем Накира, веками он создавал их, направлял их рост.
– Рабы продолжают трудиться, а вот городская стража… они смотрят, как обстоят дела в других королевствах, и начинают сочувствовать рабам. Уверен, приказы выполнять они продолжат, но я чувствую неприятие.
– Рорсарш явно не таков, – заметил Алидир.
– И стремительно теряет уважение своих людей. Они заглядывают в рот его заместителю, Халиону. Несмотря на ошибки своего отца, этот Халион поднялся по службе благодаря собственным заслугам.
– Его отца?
– Забыл имя, эти люди для меня все на одно лицо. Его изгнали за то, что не смог защитить императора с императрицей от убийцы. – Накир жестоко ухмыльнулся.
– Подосланного тобой убийцы, если я верно помню? – Что-то всплыло в памяти, но в то время Алидира больше интересовал результат, чем детали.
– Почти верно. Я убил этих безвольных слизней сам, но виновниками выставил Дом сов.
– Боюсь, так ты только придал им веса в этой борьбе, брат. Впрочем, соглашусь, дергать за ниточки ребенка-императора куда проще. – Алидир направился к двери. Оставив Валаниса в Намдоре, он ни минуты не сидел на месте, постоянно путешествуя, и теперь нуждался в отдыхе. – Не беспокойся, Карат вновь станет покорен твоему кнуту. А пока тебе тоже нужно поспать и набраться сил. Нам еще предстоит открыть Врата Сайлы, и, думается мне, это будет тот еще подвиг.
* * *
Тарен-сирота быстро карабкался по верхним галереям огромной кузни, оставляя внизу сотни кузнецов и оружейников, без устали кующих мечи, шлемы, копья и кирасы, горящие под их молотами рыжим пламенем. Между работниками, наблюдая за происходящим, расхаживали каратские стражники. Лишь огонь горнов и искры, летящие от раскаленной стали, рассеивали тьму гигантского цеха на краю столицы.
Белый филин перепрыгнул через перила галереи и бесшумно съехал по деревянному столбу, у которого выстроились рядами столы с готовыми изделиями. Не выпуская из виду охрану, Тарен потихоньку стащил со стола деталь доспеха. Это оказался шлем, выполненный в виде ястребиной головы: там, где должен быть рот, на личине изгибался заостренный клюв. Металл был крепкий, работа качественная. Как давно Орит поставлял им сырье? Неужто они хотят всей армии обновить доспехи? Тарен не видел в этом смысла: слишком дорогое удовольствие!
Он старался пробираться между горнами бесшумно, хотя постоянный перезвон молотов полностью заглушал любые шаги. Охранники, передвигающиеся по определенным маршрутам, его тоже не замечали – так хорошо он приноровился к ритму их движения. У противоположной стены кузни он обнаружил уже погруженные на телеги ящики с готовым оружием. Чего там только не было: копья, мечи, топоры, луки, даже дубины! Куда они отправятся, еще предстояло выяснить – снаружи ждали совы, готовые следовать за грузом.
Тарен потянулся к одному из мечей, как вдруг заметил краем глаза какое-то движение, словно черные тени позади него ожили. Он успел отпрыгнуть назад – молниеносно, как ему казалось, –
