проворчал грубый голос. Немного погодя из темноты показалась громада пещерного тролля.
Валанис взглянул на туповатое существо и вздохнул. Тролль был раз в семь больше него и таскал за собой дубину с дерево размером. Другую его руку охватывала цепь, конец которой терялся во тьме. Тело казалось вырубленным из камня, но мягкий живот и грудь покрывало множество шрамов и родинок. Маленькая голова на мощном теле была под стать его разумности. Оставалось непонятным, как эти существа вообще освоили речь.
Валанис поднял руку и резко опустил, одним взмахом обрушивая с потолка сталактиты. Каменное копье прошло сквозь череп тролля и добралось до самых кишок. Существо рухнуло с таким грохотом, что пещера содрогнулась, звякнули монеты в ячейках.
Валанис прошел было мимо, но судорога скрутила вдруг левую руку, превратив ее в ком одеревенелых мышц, грозя оставить его калекой, охватить все тело.
Он упал на одно колено, чувствуя, как сила кристалла оставляет его, как уходит энергия. Правой рукой он сбросил капюшон, сорвал шлем, освещая пещеру золотым сиянием.
Он осквернен…
Соблазнительный шепот Палдоры был так нежен! Но слова горьки. Валанису казалось, что дыхание богини щекочет его ухо.
– Палдора… дай мне сил! – взмолился он.
Я послала тебе небесный дар. Не моя вина, что ты упустил его, вестник. Кристалл попал в чужие руки…
Валанис вскинул голову в удивлении.
– Рейнджер!
Тысячу лет ты был заточен с этим мальчишкой – и взгляни, что от тебя осталось. Кажется, удача тебя покинула. Не поручить ли нам твою миссию другому…
Валанис стиснул зубы, борясь с болью в левой руке, но не смог сдержать стона.
– Я живу лишь для того… чтобы помочь вам вернуться… – Его слезы замерцали в магическом свете.
Тогда служи нам как следует. Призови магию Найюса и найди его. Найди Покров…
Потустороннее присутствие Палдоры исчезло, растворилось, как туман на ветру.
Валанис призвал силу Найюса, направляя ее через кристалл, чтобы безграничная мощь не поглотила его целиком. Лишь через минуту он смог наконец встать и снова надеть шлем, скрывая магическое свечение.
Больше нельзя было терять ни мгновения, и он продолжил свой путь по лабиринту туннелей, пока не добрался до тайного хранилища глубоко под Золотым фортом. Круглая дверь была сделана из чистейшего сильвира: видно, сотни лет назад этот редкий металл был куплен у гномов и обработан легендарными кузнецами за немаленькую плату.
Валанис положил ладонь на дверь, чувствуя, что она толще, чем его грудная клетка, – даже армии горных великанов не пробиться. Вот только он зашел так далеко не для того, чтобы признать поражение перед какой-то дверью.
Валанис надавил на холодный металл, призывая всю свою мощь. Произошедшее дальше было подобно извержению вулкана: сильвир засветился красным, затем оранжевым, пошел волнами. Дверь расплавилась под рукой Валаниса, и он без труда прошел в хранилище, принадлежавшее правителям человеческой расы.
Он чувствовал: нетерпение богов растет от одной мысли, что скоро они вернут древнейшее из сокровищ.
Скоро он завладеет Покровом.
Глава 14. Проникновение в ночи
Чтобы пересечь оазис, Галанору потребовалась бо́льшая часть дня, но густая зелень леса, к счастью, защищала от палящего солнца пустыни. Он даже задумался, сможет ли привыкнуть к вечной жаре, как Адриэль.
Вспомнив о нем, Галанор огляделся, проверяя, не следует ли кто за ним. То и дело по траве проскальзывали тени летящих в вышине драконов. Галанор знал, что у великих змеев зрение охотников, и каждый раз прятался, стоило его острому слуху уловить вдалеке хлопанье крыльев.
Никто не запрещал ему ходить в эту часть кратера, но он знал: Адриэлю не хотелось, чтобы он совался к Маллиату. Просидев тысячу лет в плену у людей, этот величественный дракон, кажется, был готов нападать на всех двуногих.
Эта мысль только уверила Галанора в правильности того, что он собирался сделать. После того как они спасут Адиландру или хотя бы разузнают о ее судьбе, он лично проводит Маллиата Безгласного, посмотрит, как тот улетает, по-настоящему свободный впервые со времен Войны драконов. Если, конечно, Маллиат согласится отвезти его в Малайсай и они смогут незаметно сбежать из Драконьего предела.
Когда Галанор смотрел на поляну, где держали Маллиата, издалека, план казался выполнимым. Но вот он снова увидел дракона вблизи… По сравнению с товарищами тот казался особенно огромным. Маллиат лежал посреди поляны, черная чешуя переливалась в солнечных лучах. Вокруг валялись сломанные деревья, вывороченные пни торчали из земли, обнажив жесткие корни. Похоже, здесь каждый день разыгрывалась битва между Маллиатом и пытавшимися сдержать его драконами. В такую же битву Галанор мечтал втянуть и темнорожденных.
Трое больших драконов кругами парили в вышине, чтобы перехватить Маллиата, если он решит взлететь. Еще четверо сидели между ним и Галанором: три дракона побольше Иларго и один, самый дальний, размером с Галандавакса.
Галанор вновь обернулся, ища взглядом черного дракона и его всадника, как вдруг услышал позади легкий хруст и шорох мха.
Он в мгновение ока нырнул за высокий куст, скользнул за дерево, не сводя глаз с драконов, и замер, прислушиваясь, выжидая. Напротив зашуршал куст поменьше, хрустнула ветка, и в этот миг Галанор понял, что это просто не может быть Адриэль: эльф подошел бы куда тише.
Значит, оставался второй вариант.
– Что ты тут делаешь?! – прошипел Галанор, напугав Гидеона.
– А ты что тут делаешь?! – обвиняюще вытаращился на него маг.
– Ты что, следил за мной? – Галанор схватил его за руку и потянул глубже в чащу, подальше от драконов и их острого слуха.
– Это же не то, о чем я подумал, да? – Гидеон выдернул руку и обернулся к нему. – Ты что, забыл Корканат?
О, Галанор хорошо запомнил Корканат и никогда бы не забыл того, что там случилось. Он освободил самого злющего дракона в мире, не смог с ним даже заговорить… но хуже того: тот день унес множество невинных жизней. Галанор знал, что лица юных учеников, убитых по его команде, навсегда останутся в памяти. Ему приходилось убивать, но отдавать детей морскому народу и рубить мечом юных магов Корканата… это было слишком. Теперь он выбрал другой путь, и вместо долга к нему теперь взывала честь – чувство, которого он сам пока не мог понять.
– Я все помню, – ответил он. Эбигейл Роуз, близкая подруга Гидеона, погибла в тот день. И хоть не Галанор нанес смертельный удар, он все равно чувствовал себя в ответе.
– Ты рот открыть не успеешь, как Маллиат тебя испепелит. И это если ты вообще
