Эволюционный индекс — A.
А-ранг!
Демон А-ранга!
— Еда, — голос существа был похож на бульканье болота. Он исходил из пасти на животе, и каждое слово сопровождалось волной смрада, от которого хотелось выблевать всё содержимое желудка. — Много еды. Вкусная еда!
Его глазки скользнули по нашей группе, задержались на Куколке, на Авалоновцах, на мне. А потом остановились на Волкове.
— О, — существо издало звук, похожий на смех. — Большая еда. Забавная закуска.
Титан России смотрел на демона без тени страха. На его лице было то же выражение, что и раньше — скука, разочарование, презрение ко всему, что осмеливалось встать на его пути.
— Закуска? — он усмехнулся. — Посмотрим, кто кого сожрёт, тварь.
— Нет! Стой! — закричал я, но поздно!
Он бросился в атаку.
Тело Титана превратилось в размытую полосу, когда он рванулся к демону. Кулак, окутанный той же концентрированной силой, врезался в живот существа — туда, где у обычного врага были бы внутренние органы.
Удар, который разорвал бы даже B-рангового командира на куски, но…
Волков отлетел назад.
Он врезался в землю в десяти метрах от демона, его тело прочертило борозду в грязи. Титан России лежал на спине, и на его лице впервые за всё время появилось выражение, отличное от самодовольства.
Удивление.
Демон даже не пошевелился от удара. На его животе, там, где кулак Волкова соприкоснулся с плотью, не было ни царапины, ни вмятины — ничего.
— Забавно́, — прогудел демон, и его пасть на животе растянулась. — Закуска кусается. Заракс любит, когда еда сопротивляется. Вкуснее.
Волков поднялся на ноги. Его челюсть была сжата, глаза горели яростью.
— ИДИ СЮДА, МРАЗЬ! — прорычал он и снова бросился в атаку.
На этот раз он был быстрее. Серия ударов: в живот, в ноги, в руки — каждый удар сопровождался вспышкой концентрированной силы, каждый должен был нанести чудовищный урон.
Тварь просто стояла и принимала их.
А потом ударила сама.
Огромная рука демона достигла Волкова…
Титан успел поднять руки в блоке. Это спасло ему жизнь, но не спасло от полёта. Его тело пронеслось через всю поляну и врезалось в монолит с такой силой, что по чёрному камню побежали трещины.
Волков сполз на землю. Он был жив, но его руки…
— Дьявол… — прошептала Милена.
…его руки висели под неправильными углами. Обе сломаны.
— Слабая закуска, — прогудел Демон, делая шаг к нему. Земля содрогнулась. — Я разочарован. Но всё равно съем. Съем всех.
Его глазки повернулись к нам.
К нашей группе, которая увидела, как А-ранговый демон играючи уничтожил самого сильного человека России за каких-то пару секунд.
— Много еды, — существо облизнулось, и его чёрный язык скользнул из пасти на животе. — Заракс начнёт пир в этом мире!
Глава 19
Демон-страж сделал ещё один шаг к Волкову, и земля содрогнулась под его весом.
Титан России лежал у подножия монолита, его руки были сломаны под неестественными углами. Кровь стекала с его губ тонкой струйкой. Впервые за всю свою жизнь он столкнулся с чем-то, что превосходило его настолько безнадёжно, что вся сила просто ничего не значила. Он был просто человеком — мешком костей и мяса перед лицом настоящего хищника.
Но потом Волков засмеялся.
Это был странный звук, хриплый и булькающий от крови во рту.
— Думаешь… это всё? — прохрипел он, медленно поднимаясь на ноги. Его руки болтались, кости торчали сквозь кожу, но он всё равно вставал. Сантиметр за сантиметром, борясь с каждым движением.
Демон-страж остановился, наклонив массивную голову. Его крошечные глазки с любопытством уставились на человека, словно изучали интересную игрушку.
— Еда ещё шевелится, — пробулькал он голосом, похожим на звук переваривания пищи. — Забавно. Обычно они уже кричат к этому времени.
Волков закрыл глаза и глубоко вздохнул.
Я почувствовал давление.
Оно обрушилось на поляну как невидимая гора. Исходило от Волкова волнами, искажая пространство вокруг него.
Куколка инстинктивно прижалась к земле всем телом. Её металлическое покрытие задрожало от напряжения.
Тело Волкова начало меняться.
Это происходило медленно, словно что-то внутри него пробуждалось после долгого сна. Мышцы вздулись, увеличиваясь в размерах, разрывая и без того натянутую футболку на груди. Ткань лопалась с тихими щелчками, обнажая торс, покрытый старыми шрамами. Кожа потемнела, приобретая красноватый оттенок.
Вены проступили чёрными линиями на его теле. Они светились изнутри тусклым багровым светом, как трещины в земле над лавовыми потоками.
Но главное руки.
Кости встали на место звуком ломающихся веток. Мышцы срослись, сухожилия натянулись. За несколько секунд то, что должно было заживать месяцами, просто… исчезло.
Аура вспыхнула вокруг Титана как пожар. Постепенно она начала принимать форму чего-то звериного. Не конкретного животного, а скорее собирательный образ хищника. Медведь? Волк? Тигр? Всё сразу и ничего конкретного — просто зверь. Ярость в чистом виде, воплощённая в полупрозрачный силуэт, который возвышался над фигурой человека.
Воздух задрожал от жара.
Титан открыл глаза.
Они горели красным пламенем, как угли.
— Давно… — его голос изменился, стал глубже, грубее, с хрипотцой, словно говорил не один человек, а целая стая. Каждое слово отдавалось эхом в грудной клетке. — Давно я не использовал это. Думал, больше не придётся.
Демон-страж издал звук, похожий на смех.
— Еда стала больше и вкуснее. Заракс будет рад такому подношению.
Его пасть на животе раскрылась шире, обнажая ряды жёлтых зубов, между которыми стекала слюна.
Волков бросился вперёд.
На этот раз всё было иначе.
Земля взорвалась у него под ногами, оставляя воронки там, где мгновение назад были его стопы. Расстояние в двадцать метров он преодолел за долю секунды, превратившись в багровую комету, которая неслась прямо в пасть демона.
Его удар врезался в живот твари с такой силой, что ударная волна покатилась по поляне, сминая траву, ломая ветки на деревьях. Воздух расступился с громким хлопком. Тварь впервые за весь бой покачнулась и… сделала шаг назад.
На её коже появилась вмятина размером с кулак.
— Вот так, — прорычал Титан, и аура вокруг него вспыхнула ярче. — Вот так, тварь! Думала, мне конец? Думал, что я труп? А вот хрен тебе!
Он ударил снова и снова!
Каждый удар сотрясал поляну, заставляя дрожать землю под нашими ногами. Каждый удар отбрасывал демона на шаг назад, оставляя новые вмятины на его шкуре. Волков двигался как одержимый — он был одержимым собственной яростью и внутренним зверем.
