крыши, его крылья расправились чуть больше, создавая иллюзию, что он готовится к полету.
– Все, что тебе нужно сейчас понимать: твои сны – не просто кошмары. Это часть той правды, что ты так жаждешь узнать. Но это не значит, что снам надо следовать. Иногда тени видят то, чего не замечает свет.
На его лице мелькнуло что-то неуловимое. Грусть? Усталость? Он замешкался, его губы почти раскрылись, словно он хотел что-то сказать на прощание, но вместо слов он прыгнул с крыши камнем вниз, лишь у самой земли наконец расправив крылья.
«Мы с тобой похожи больше, чем ты думаешь» – эти слова звенели в воздухе. Кира машинально провела рукой по плечу. Место, где он прикоснулся к ней во сне, все еще горело, будто магия оставила свой след.
Небо на востоке светлело, окрашивая облака в бледно-золотой цвет, и она смотрела туда в поисках подсказок. Ответы не найдутся сами собой. Пора действовать.
* * *
Дождь мерно постукивал по тенту над головой, заполняя паузы между командами инструктора. Кира прикусила кончик пишущего пера и сосредоточилась на карте, развернутой на столе.
Стратегические задачи давались кадетам с переменным успехом. С тактикой дела обстояли еще хуже.
Под тентом на тренировочном плацу, при слабом свете магических сфер кадеты собрались вокруг импровизированного штаба.
Конечно же, сегодняшнее задание касалось защиты границ в условиях ночного нападения.
Кира выпрямилась, смахнув с карты случайно упавшую фигурку – маленький деревянный жетон, символизирующий условную боевую единицу.
Кадетам предлагалось разработать стратегию противодействия неизвестному противнику с учетом скудных данных – их только что проинструктировали о нападении.
– Ох, ну вы и гении. Просто блестяще.
Голос инструктора Вальзена заглушил скрип перьев и тихое бормотание.
Кира вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.
Инструктор Вальзен, широкоплечий драконит с глазами, которые умели определять слабость с десяти шагов, был назначен инструктором вместо погибшего в схватке с тенебром офицера.
Он неспешно ходил между группами кадетов, давая понять, что наблюдает за каждым.
– Дайте-ка я угадаю, что сейчас происходит.
Он щелкнул пальцами, склонив голову набок:
– Кто-то из вас с умным видом смотрит на карту, кто-то делает ставки, через сколько минут я начну орать, а кто-то вообще не понимает, что за драконовщина произошла позавчера.
Кадеты переглянулись, но никто не осмелился возразить.
– А, значит, все верно.
Вальзен вздохнул, сцепив руки за спиной:
– Я не хочу вас расстраивать, но нападение тенебра показало нам важную вещь.
Он обвел взглядом всех присутствующих, сначала фениксидов, потом драконитов:
– Вы – ничтожны.
Некоторые кадеты скривились от оскорбления, но он невозмутимо продолжил:
– О да, конечно, есть среди вас отдельные таланты. Но если позавчерашний хаос – это ваш максимум, то я советую вам уже сейчас написать прощальные письма своим семьям.
Инструктор щелкнул пальцами, наклоняя голову, словно размышлял вслух.
– А давайте-ка вспомним. Кто там кричал: «Огонь на левом фланге, дракониты – в середину», и через минуту весь левый фланг рассыпался, перепутав лево и право?
Кадеты переглянулись, но никто не осмелился ответить.
– Ах, так вы еще и не умеете брать ответственность за свои гениальные решения?
Он наклонился к ближайшему фениксиду, который ссутулился и судорожно смотрел в карту.
– Как вас там зовут?
– Каллен, сэр.
– Каллен. – Вальзен усмехнулся. – Вы ведь сказали: «Это просто тактика, чего волноваться», верно?
Каллен медленно кивнул.
– Ага. Просто тактика. А тенебр потом «просто» разорвал ваших товарищей в клочья.
Вальзен выпрямился, сложив руки за спиной.
– Не беспокойтесь, Каллен. Ваши друзья в лазарете, но, если они выживут, вы всегда можете сказать им, что это «просто тактика».
Каллен сжал губы в тонкую линию, но промолчал.
Вальзен хлопнул в ладони.
– Итак, команда «Сияющие ничтожества», давайте подведем итоги.
Дракониты тихо засмеялись.
– Вы не готовы, – провозгласил инструктор, нахмурившись, и продолжил вышагивать между группами кадетов. – Вы думаете, что у вас есть магия, оружие, навыки командной работы, но на деле вы выглядели как кучка испуганных детишек, которых выбросили в открытое поле. Вы делали глупости. Вы совершали ошибки. Вы не могли сдержать страх.
Он на секунду замолчал, давая кадетам осмыслить услышанное.
– Но самое страшное не это.
Кира уже знала, что он скажет.
– Вы не сделали выводов.
Он снова обвел всех долгим, тяжелым взглядом:
– А значит, вы уже мертвы. Просто этого пока не осознали.
Ветер резко хлестнул по плацу.
Слова инструктора были такими простыми и одновременно пугающими, что никто не решался ответить.
Сначала стояла тишина. Потом Кира поймала на себе взгляд одного кадета, другого и вдруг поняла, что все смотрят на нее.
О, ей было знакомо это внимание толпы, это раздражение, смешанное с облегчением, ведь есть та, на кого можно все свалить.
– Ты ведь знала, да?
Голос раздался из группы кадетов справа от Киры.
Она подняла подбородок, ее пальцы разжались, выпуская деревянный жетон, который она крутила в руках.
Она уже проходила через это в Гнеезде.
Кира посмотрела в янтарные глаза фениксида, который, скрестив руки, стоял чуть впереди остальных.
– Знала что? – Внутри Киры уже поднимался знакомый огонь.
– Что тенебры существуют и это не просто преувеличенные слухи и «все под контролем».
Гулкий, тяжелый вопрос, прозвучавший как обвинение.
Несколько человек напряглись, ожидая ответа.
– Ты – дочь главы клана, – продолжил фениксид с явным раздражением и ткнул в нее пальцем. – Ты не могла не знать.
– Если бы я знала, я бы не летела на ту патрульную смену в полном неведении, – ответила она как можно бесстрастнее.
– Правда?
– А еще у нее магия нестабильная, она не должна быть здесь! – вставил кто-то.
Фениксидка с каштановыми волосами, стоявшая неподалеку, подалась вперед.
– Твой отец, командование – все молчали. Они отправили нас прямо в пасть этому существу, и ты хочешь сказать, что не знала?
Несколько человек мрачно кивнули, слова девушки нашли отклик.
– Если ты так боишься, зачем вообще пошла в гарнизон? – спросил кто-то из группы драконитов.
Фениксидка напряглась:
– Я не трусиха.
– А говоришь как трусиха, – ухмыльнулся Лексан.
Дракониты рассмеялись.
Кира медленно выдохнула. И тут сквозь обступившую Киру толпу пробралась Мирра.
– Вы ведете себя как идиоты. – Она сказала это так резко, что остальные, еще секунду назад гудевшие, смолкли и уставились на нее.
Лицо Мирры оставалось бесстрастным.
– Только трусы ищут виноватого в собственной беспомощности, – продолжила она.
Дракониты, наблюдавшие за происходящим со стороны, заинтересованно переглянулись.
– Ой, поглядите, фениксидка рассуждает, кто трус, а кто нет! – с насмешкой бросил Армунт.
Мирра медленно повернулась к нему:
– Трус – это тот, кто боится взять ответственность.
– О, а ты вдруг начала защищать Киру? – Каллен приподнял бровь, ухмылка не
