зверь. Но сейчас тени вокруг его ног извивались, словно чужие, непокорные, отражая смятение, которое он сам пытался подавить.
Он медленно сжал пальцы в кулак и глубоко вздохнул. Он знал, почему это происходит.
Всему виной была Кира.
Это имя прокатилось в мыслях, обжигая его разум.
Сначала он убеждал себя, что его просто раздражает ее бесконечные упрямство и дерзость. Затем ему казалось, что его выводит из себя ее беспечность и полное пренебрежение правилами. Но теперь… теперь Шеду ясно осознавал причину.
Его магия становилась яростнее, мощнее рядом с ней. Он ощущал ее присутствие, даже когда она была далеко. Его тени тянулись к ней, будто желая соприкоснуться с ее огнем.
Он почувствовал это в первый же день, когда увидел ее. Потом на тренировке, когда она бросила ему вызов и в ее глазах вспыхнуло пламя. Почувствовал это и тогда, когда впервые погасил ее огонь, – что это было не просто столкновение сил, а нечто большее, первобытное и непреодолимое.
Но хуже всего был момент, когда он поймал ее, не дав разбиться. Тогда она оказалась в его руках – так близко, что он мог ощутить тепло ее кожи, различить запах волос и слабый аромат вина. Ее губы тогда чуть приоткрылись, и он ясно видел в ее глазах отражение тех же чувств, которые разрывали его на части.
Тогда ему впервые захотелось укрыть ее своими крыльями, спрятать от всего мира, защитить любой ценой.
Тогда он впервые захотел поцеловать ее.
И этот порыв испугал его до глубины души.
С того момента он заставлял себя быть еще жестче, холоднее, резче, старался держать дистанцию. Но это не помогало. Потому что теперь он ясно ощущал, как внутри него кипели злость и ревность, когда она не смотрела в его сторону. Когда улыбалась Лексану, обменивалась взглядами с близнецами.
И особенно когда она смотрела на Аарона. На этого двуличного ублюдка, в насквозь лживые улыбки которого она явно верила.
Она ни разу не посмотрела на него, Шеду, так же. Она словно избегала его, и в ее глазах читались лишь злость и раздражение.
А потом присяга. Она услышала его! Он попытался обратиться к ней еще раз, но после того, как они покинули подземелье, больше она его не слышала.
Тени под его ногами дрогнули, отзываясь на прилив ярости.
«Ничего особенного, – подумал он, сжимая кулаки. – Просто фениксидка, у которой магия пляшет, как пламя на ветру. Кто их разберет, этих пернатых».
Он почти поверил собственным мыслям.
Шеду снова посмотрел на гарнизон, пытаясь зацепиться за привычные силуэты, хоть что-то, что могло вернуть ему внутреннюю опору и ощущения порядка.
И тут небо вспыхнуло алым.
Сигнал тревоги.
Вдалеке раздался крик. Шеду узнал этот голос. Лексан.
А затем внутри все оборвалось.
Кира сегодня тоже была там.
Тени сгустились, словно ощетинившись, готовые к атаке. Он больше не раздумывал. В этот миг исчезли все сомнения и лишние мысли. Осталось только одно – страх, что он может не успеть.
Шеду рванулся с крыши в воздух, его крылья взметнулись резко, бросая вызов самой ночи. Ветер больно бил в лицо, жег глаза, но Шеду не сбавлял скорость, разрезая туман с отчаянной решимостью.
Он не мог потерять ее.
– Ar'varen, – прошептал он тихо ветру.
Не мог позволить себе даже подумать о том, что прибудет слишком поздно.
Сейчас он был готов разорвать на части весь мир, лишь бы добраться до нее вовремя.
И вот перед ним развернулась битва. Небо то и дело озаряли вспышки, оставляя за собой длинные полосы света.
А в эпицентре битвы был огромный тенебр. Живое исчадие тьмы, чьи крылья заслоняли звезды. Слишком реальный, чтобы списать все на игру воображения. От страха за брата и Киру свело желудок.
Кадеты сражались, боевой строй уже был сломан.
И в этот миг Шеду увидел, как тенебр рванул прямо на командующего.
Удар. Резкий, хлесткий, смертельный.
Шеду больше не раздумывал. Он сложил крылья и тенью спикировал вниз, ворвавшись в самую гущу боя.
Шеду видел, как падает тело командующего, и знал, что еще одно имя навечно застынет сегодня на стенах гарнизона.
– Огонь на левом фланге, дракониты – в середину! – Он услышал голос и только спустя долю секунды понял, что это был его собственный.
– Отрежьте ему путь назад!
Тьма дрожала вокруг. И теперь тенебр смотрел прямо на него.
Шеду выровнялся в воздухе. Если это существо думало, что он отступит, оно сильно ошибалось. Не теперь, когда ему было что защищать.
Кадеты разлетелись веером, как учили на тренировках, но движения их были неуверенными. Левый край просел: один запоздал, другой дернул крылом и задел соседа, третий от страха бросился в другую сторону.
– Не отступать!
Тенебр обрушился на передний строй кадетов, его тень накрыла их пеленой тумана. Кадеты направили в него световые шары и теневые молнии. Магия касалась чудовища, но будто скатывалась с его тела.
Деревья трещали, их ветви искрились, словно оживая от темной энергии. Тенебр со свистом разрывал воздух. А земля под ними содрогалась, покрываясь трещинами.
* * *
Кира резко свернула, заходя в крутой вираж. Холодный воздух бил в лицо, крылья налились тяжестью, но она продолжала лететь, стараясь занять выгодную позицию.
Магия пульсировала вокруг. Вспышка света пронеслась мимо Киры, и она увидела тенебра, мелькнувшего за деревьями. Она стиснула зубы, заряжая арбалет. Пальцы дрожали, но она заставила себя сосредоточиться.
– Держать строй! – прокричал Шеду с правого фланга.
Шеду двигался сквозь строй фениксидов, тенью среди света. Черные полосы мрака, как ножи, вылетали из его рук и врезались в монстра. На мгновение тенебр замедлился.
– Кира, стреляй! – крикнул Шеду.
Она подняла арбалет и выстрелила, но огненный снаряд прошел мимо цели, на миг осветив крылья монстра, прежде чем исчезнуть в темноте.
– Проклятье! – Кира отбросила арбалет за спину, и тот повис на ремне. Она ощутила, как огонь внутри нее рвется наружу, питаясь ее злостью.
Шеду обернулся, стараясь не выдать беспокойство.
Он чувствовал ее.
– Не смей терять контроль, соберись, – холодно предупредил он, прежде чем снова броситься в бой.
Кира увидела, как тенебр резко сменил траекторию – теперь он летел на нее.
– Нет, – прошептала она, вытянув руки.
Вспышка света разорвала тьму, ослепив на мгновение всех вокруг. Монстр взвыл, немного отступая, но Кира уже не замечала этого, окутанная огненным вихрем. Огонь лился из нее неудержимым потоком. Она отчаянно пыталась его контролировать, но он рвал грудь, обжигал горло и пальцы. Пламя устремлялось в тенебра, сцепляясь с окружавшей его тьмой, но не причиняло монстру значительного
